Юленька

Зима. Мороз. Все торопятся скорей домой, в тепло, в свой уютный уголок. Попить горячего чайку,или,например, просто залезть под теплое одеяло. Бегут.
Юленька. А вот она никуда не спешит. Ее уставший взгляд уныло осматривал каждого прохожего, она вглядывалась в бездушные лица, словно что-то пыталась найти. Что? Грамм сожаления, каплю милосердия, но и это было через чур огромной надеждой. Из порванной об какой-то старый забор куртки торчали небольшие клочки войлока, грязь перестала выделяться на выцветшей под тусклым солнцем ткани, не по размерам большая шапка то и дело сползала на глаза, сапоги насквозь пропитались от растаявшего на них снега. Она брела по улицам города, держа подмышкой не один раз зашитого плюшевого медвежонка - Топу - так она называла его.
"Вы все равно не поверите, - сказала бы она вам с улыбкой на детском ангельском личике - а он по ночам топает, так тихо-тихо,как настоящий,вот поэтому и Топа"
Люди пробегали мимо, не замечая ее, или просто не хотя ее замечать. Просто как будто ее и нет вовсе. А она не обижалась на эту людскую дикость. Привыкла. Каждое утро она встречала рассвет с таким блеском в своих голубых глазах, как будто это первый рассвет в ее жизни, она умела радоваться и этому. И даже солнце, каждое утро заглядывающее в окно ее подвальчика, светило для нее как то по-особенному. Так же нежно и тепло, как светилась чистая и непорочная душа этой маленькой девочки.
В свои 8 лет Юленька видела все,что не должен видеть ребенок в таком возрасте - отчима,который напившись еле доходил до порога подъезда; мать-наркоманку,которой и вовсе не было дела до своей маленькой дочки; полу-сгнивший барак,который как-то посмел величаться домом №6 на полу-мертвой улице, вымирающего района одного из крупных городов России; замученных до смерти соседскими мальчишками котят... Разве это достойное детство для ребенка? Не каждый здравомыслящий взрослый смог бы вынести, а тут - ребенок...
Юленька зашла погреться в подъезд старой девятиэтажки - ручки замерзли настолько,что даже просто сжать кулаки было большой проблемой. Прижавшись к батарее, она чувствовала, как это сладкое тепло разливается по всему телу: начиная от ладошек и до самых кончиков пальцев на ногах. Ее веки тяжело сомкнулись... Она уснула,обнимая крепко плюшевого Топу.
На утро бездыханное тельце девочки обнаружили... Кто-то стоял угрюмо опустив глаза, кто-то тихо плакал, кто-то и вовсе старался не смотреть на этот ужас. Вот оно - лицемерное милосердие,- у этих людей в масках сочувствия не было ни грамма сожаления за душой...