Перестройка в ресторане (повесть, гл.7)

Через несколько минут береза была уже в яме. Даша, мокрая и вся в опилках и листьях, села на пень. Вскоре наверх по березе вскарабкался директор: оборванный, с синяком под глазом, весь в земле. Он красный, мятый лег на землю, сотрясаясь от озноба. Следом поднялся Сергей Михайлович. Ну, ничем не лучше директора… Грязные оба, в рваной одежде, сели на траву и молча разглядывали девушку.
— Слушай, а где я тебя видел? — спросил заместитель.
— Да мы с вами на днях говорили. Я у вас в ресторане работаю. Я - Даша.
— А-а-а! Это ты директором интересовалась?— слегка улыбнулся заместитель. — Так вот он перед тобой, нравится?
И кокетливо, по-мужски тронул директора за плечо. — Слышь, тобой интересуются?
— Прекрати! — одернул его директор.
Даша вскочила на ноги, хотела убежать, но директор резко схватил ее руку и косо насмешливо улыбнулся:
— С тобой прям, и пошутить нельзя! Садись! Как твоя фамилия?
— А зачем вам? — удивилась она.
— Ты симпатичная… — неловко, тихо сказал директор и робко посмотрел ей в глаза. Взгляд его затупился, загорелся ласковым теплым светом, он опустил голову и нервно стал теребить траву, срывая желтенькие листики с маленькой березки. Наступило молчание.
— Я вам не мешаю? — деланно наигранно спросил заместитель. Наступило напряженное молчание. Затем Сергей Михайлович деликатно кашлянул в ладонь, насмешливо ухмыльнулся и сказал:
— Даша, ответь мне, а что за существо нас сюда принесло? И что ему от нас надо?
— Что надо? Это вы должны знать? Ой, да! — она вскочила на ноги и, прижимая руки к груди, заговорила быстро и горячо. — Существо – это ваш шеф, — она округлила глаза и, видя, что ей не верят, перекрестилась. — Это точно шеф – повар!
Они удивились, помолчали и вдруг сквозь зубы процедили:
— А я думаю, почему он просит акции от ресторана? — пробормотал директор.
— Да, вот это жук! Он хочет стать хозяином ресторана, а я как дурак, покупал все акции у рабочих?! Это все для него!? Ну и ну!..
— Слушай, Дмитрий Сергеевич, он по уши влюбился в твою секретаршу, вот этим и надо воспользоваться.
— Ну и причем тут моя секретарша? Я без нее, как без рук.
— Нам надо как-то обхитрить шефа. Пока я ничего не знаю.
— Мы, конечно, переплывем остров, но там, в ресторане – у нас будет война. Дмитрий Сергеевич, а ты посмотри, какая здесь девушка сидит? — заместитель небрежно повернул лицо к Даше и льстиво погладил ее волосы. — Красивая, молодая, свежая! Да она лучше любой твоей секретарши будет! Взял бы ее…
Он не договорил. Девушка в непонимании вся сжалась и смотрела на них с таким удивлением, ничего не понимая. Тогда директор вдруг мило, нежно и как-то игриво повернул голову к ней, ласково погладил по ее руке и так кокетливо, мягко сказал:
— Даша, ты мне очень нравишься!
Девушка покраснела, от неожиданности замигала веками глаз, опустила голову, а заместитель раздраженно произнес:
— Он тебе много денег даст. Да какая девушка откажется быть любовницей директора?
— Ну, ведь у него есть жена!
— Ну а при чем тут жена, — злобно заявил Сергей Михайлович, — Да кто в наше время не имеет любовницы.
— А жена?
— Ну что ты к моей жене прицепилась? — сказал директор. — Она у меня прекрасно готовит, хорошо стирает, готовит с сыном уроки, смотрит за дачей, ну что ей надо? Денег много, так пусть спокойно живет, я ей не мешаю. Но мне нужна любовь! Без любви я, как без рук. Так, — громко пробурчал директор. — Секретаршу шеф любил. Я ее пристрою к шеф-повару. А ты будешь моя, иначе я тебя сокращу.
— Извини, Дмитрий Сергеевич, а куда пропала та женщина, которая тебя безумно любила, стихи писала?
— Она слишком много хотела от меня. Ну, ее! Кто она и кто я? Она об этом совсем забыла. В любовницы, — пожалуйста! Так нет, — ей давай больше! Уволил я ее, уволил.
Тут прямо из зеленого леса вылетела стая уток и утка, пролетая над головой директора, громко крякнув, нагадила прямо ему на голову. Директор, как шальной, вскочил на ноги и стал сбрасывать с кудрявых волос горячий помет. Он испачкал всю голову, руки и даже рваную рубашку. Даша, присев на корточки, громко хохотала, а заместитель, улыбнувшись, прикрикнул на нее:
— А ну скорее беги к озеру и принеси воды в ладонях!
Испугавшись начальства, Даша пулей полетела к озеру и принесла немного воды. Дмитрий Сергеевич косо взглянул на нее, и сам пошел к озеру. Умылся и вернулся назад. Они снова сели на траву.
— Дмитрий Сергеевич, вы не сердитесь на меня? Было очень смешно!
— Ладно, - небрежно и неприятно махнул рукой.
— А вдруг ваша жена узнает о приключениях? Что будет с вами?
— Странно ты как-то говоришь! Вот она знает, что у меня есть сын от простой девки! Ну и что? Ей, какое дело?
— А! Это твой сын влип в какую-то денежную аферу? - спросил заместитель. - Его надо воспитывать.
— Отстаньте вы от меня, то с женой прилипли, то с сыном. Кому какое дело до моей личной жизни? Да! Я бросил его, не расписавшись с его матерью. Беда только в том, что когда он вырос, приехал ко мне и стал меня шантажировать. Я его и туда устроил, и сюда, так нет, - его уже не исправить! Болван!
Опять вернулась стая уток. Они так долго кружились над людьми, что те спрятались за деревья. Когда к дереву подбежал директор, самый маленький утенок с такой силой какнул на волосы директора, что тот дико закричал. Теперь уже было испачкано все его лицо. Сейчас смеялась и Даша, и заместитель. Директор затрясся и побледнел.
— А любовь в вашем сердце существует?
— Замолчи, - смеясь и трогая ее, прошептал он на ухо. — Не то придется сократить тебя, - а потом громко. — Нам надо перебраться к тому берегу. Где же мы находимся?
— Если я не ошибаюсь, то мы находимся у дома моей бабушки. - Даша указала пальцем на маленькие домики. - По-моему, там Сосново.
— Даша, как у тебя с плаваньем? - спросил заместитель.
— Я хорошо плаваю.
— Дмитрий Сергеевич, а как у вас?
— Извини, я родился в Казахстане и жил в деревне, да без реки, - он развел руками, - Так что…
— У нас другого выхода нет и озеро спокойное.
Пошли. Они вошли в воду. Она была такая холодная! Брр! На улице стояла осень. У Даши от холода поползли мурашки. Она горестно вытерла нос, тяжело вздохнула и, дрожа всем телом, поплыла. От работы стало теплее. И вдруг потихонечку, а потом еще сильнее и сильнее подул ветер. А в середине такой сильный был ветер! И началась буря! Стремительный, сильный ветер поднимал такие большие, огромные волны, качая их из стороны в сторону вместе с людьми. И так безжалостно бил людей жестокой, огромной волной, что Даше было очень тяжело. Как хищники, волны гневно требовали ее жизни! Вода была сумасшедшей. Она грубо, жестоко и весело смеялась над ними. Даша была бессильна. Она вся вымоталась, ей хотелось жить, она пыталась справиться с бурей. Она ныряла, плыла, даже и под водой, а потом всплывала, дышала, но вдруг она вспомнила про директора и оглянулась назад. Его не было видно. Но вот показалась его голова, он хватал воздух ртом, и барахтался на месте. Даша, нырнув и вынырнув, посмотрела, где заместитель. Он был впереди, не боялся волн.
— Сер-гей Ми-ха-лыч! По-мо-ги-те!!!
А Сергей Михайлович легко повернул к ним голову, посмотрел, но быстро отвернулся и поплыл дальше. Даша ужаснулась. И тут ей попалась под руки большое бревно, она, схватив его, доплыла до директора, он ухватился за бревно, и вот так они доплыли до берега.
Буря утихла, сияло снова желтое солнце, белыми дождинками умывалась трава и деревья, вокруг Даши снова царил покой, природа и тишина. Они лежали на холодном желтом песке. Директор и заместитель лежали так далеко друг от друга и совсем не смотрели в сторону девушки. Даша, тяжело дыша, сидела на песке, перебирая его. Молчали все. И вдруг заместитель, хитро блеснув черными глазами, вкрадчиво спросил у них:
— Вы, почему так долго добирались до берега?
Директор угрюмо засопел и промолчал, а Даша так дерзко посмотрела на Сергея Михайловича, что тот только вздрогнул, и стал рассматривать местность. Вскоре заместитель встал на ноги и требовательно сказал:
— Я очень беспокоюсь за ресторан, у меня акции там, в сейфе, как бы чего не вышло.
Директор резко поднял голову, крепко сжал губы, поднялся на ноги, отряхнул налипший песок с грязных брюк, снял мокрые листья и траву, и с усилием сказал:
— Я тоже не разбираюсь в этих делах насчет акций: социализм, теперь капитализм, и у меня акции в сейфе. Да, да, как бы чего не вышло. Поехали. Даша найди-ка нам машину.
Довольная Даша резко вскочила на ноги и стала пальцем указывать на небольшой холмик, заросший малиной, дикой зеленью, пышными кустарниками и огромными, развесистыми деревьями.
— Вон, посмотрите, Дмитрий Сергеевич? В том красивом домике живет моя бабушка Варя. А вы посмотрите, как прекрасно все вокруг! И столько здесь зелени и свежести!
Директор поглядел на Дашу, мило улыбнулся ей и говорит:
— Да, красиво. Ну, иди, Даша за машиной, иди.
Даша вздохнула, грустно улыбнулась, отряхнула мокрый песок и со всех ног пустилась к домику бабушки. От скуки директор и заместитель стали смотреть на природу. А здесь было так приятно, радостно, не то, что в городе! Поляна со всех сторон окруженная деревьями, кустарниками с пышной травой была зелено-красная, с запахом свежести, внизу сияло огромное зеркальное озеро, где весело кружились белогрудые чайки. Золотая осень уже сияла своей красотой, но все еще приятно пели не улетевшие птицы. А над увядшими цветами кружат последние бабочки, и вдали у озера подпрыгивает какая-то белая рыбешка. Здесь было до удивления красиво! Хоть садись и рисуй картину!
8 гл.