Перестройка в ресторане (гл. 4)

В дождливый вечер Даша со своей новой подружкой Катей вышла из ресторана. Вот она необозримая улица! Народу! Людей! Машины! И в этом гуле почти не видны люди. А за ними вслед вышли из ресторана вульгарно, ярко и почти полуголо – одетые девчонки.
— Ух! Эти проститутки снова выползли на улицу! — Катя холодно сморщила лицо. Затем самозабвенно выругалась матом и гордо отвернулась от них. — Хорошо, что у меня дочь не проститутка, хотя легко гуляет по ночным дискотекам, — достала сигарету и закурила.
Машины медленно двигались по дороге, и женщины долго пришлось стоять у ресторана, вслушиваясь в разговор девчонок. Их было двое. Одна, качаясь из стороны в сторону, была сильно пьяная, другая — яркая, высокая, но трезвая, она увещевала пьяную:
— Паспорт бы сделала, а то вечно милиция будет пользоваться тобой, да перестала бы ты пить.
— Отстань. Лучше быть пьяной, лишь бы не видеть эти мужские морды.
— Сопьешься или тебя прикончат, как Иру.
— Ирка сама дура, посадила на шею мужа и сына. Вот он ее и убил. Нет, я замуж не пойду, лучше одна воспитаю ребенка. И создал же Бог таких мужчин! Эй, парень, ты не к нам?
Парень скромно улыбнулся, одарил их таким нежно-ласковым взглядом. Пьяная подошла к нему и сказала:
— Парень купи меня, а?
— У меня дома жена. На, 10 рублей, но только отстань.
— Дашь 50! Тогда отстану.
Женщины, проходившие мимо, смотрели на них с укором, с болью, неприятно морщились и проходили мимо. Когда на них смотрели мужчины! С каким томным наслаждением глядели они на них! Столько искр радости вызывали они! Ах, как мужчины гордо вытягивались, выпрямлялись и все преображались. Как они подбирали свои животики и сладостно прохаживались мимо них! Они, как животные, оценивали девочек, как товар, как еду, как блаженство! Это надо видеть, а тут еще подошли две проститутки и вмиг подняли драку. Подошла милиция, гаркнула на них, разняли и ушли. Да-а! Это надо быть хорошими актерами, чтобы так войти в роль, когда им этого не хочется…
Пожилой, толстый, некрасивый дядька, остановился, смеется:
— А столько стоит телка?
— Сто долларов.
И девчонки, как бабочки, припархивают к нему. Мужчина долго смотрит на них оценивающее, оглядывая их с ног до головы, — Я хочу помоложе, да посимпатичней.
И сразу же к девчонкам подошел молодой сутенер, вначале изумился, а потом дружески хлопнул по спине мужчину:
— Привет, Валерий Иванович, ты что, в другом отделении милиции работаешь?
— Привет, Саша, а ты ноги пока еще не откинул? А крыше ты хорошо платишь? А кому больше: директору или милиции?
— Не твое дело. У меня порядок.
И они ушли в сторону. Машины остановились, и Даша с Катей перешли улицу.
— Да, Даша! Вот и заимей такого мужа! — Катя еще яростнее сплюнула и грязно выматерилась.
— Не дай Боже, Катерина, не дай Боже.
Они прошли через трамвайный путь, носками туфель подбрасывая грязные, оранжевые листья, прошли Гостиный Двор и спустились в метро. Господи, сколько там было нищих и просящих, что хоть садись с ними и плачь по их погибшей жизни. Но рядом шумел Невский проспект! Дивный, прекрасный Невский проспект. И сколько здесь людей… некоторые с удовольствием любуются своей внешностью! Другие прячутся от людей глаза, а третьи идут как будто оторванные от мира! Здесь так легко затеряться, словно песчинка среди кучи песка. Безжалостная политика резко бьет по людям: заводы, фабрики не работают, а вокруг столько обездоленных людей и многие с протянутой рукой!
5.