Морт Рэйни - Готика. 9. Финал.

9.
Маги Круга Воды действительно начали шевелиться, да так, что кромка, прикрывающая их, разлетелась на куски, обнажая обрывки исполинской мощи. Звериная магия тучной древности вкупе с магией рудных кристаллов рушила подпорки не только Барьера, но, наверное, и всего мира.
Райзен прорубался к выходу, поя свой отожравшийся клинок человеческим нектаром. Меч отяжелел, кланя руку воина к земле… а выход был настолько далеко, что близость его мозолила глаза. Вот до него рукой подать, а земля на зло движется назад…
Ветер свихнулся окончательно, сбивая с ног первых попавшихся. Он вместе с тишиной удирал в чертоги праотцев, чтобы там укрыться от животной дикости людей.
Красные маги поубегали из лагеря и наверняка уже теплились в руках синих, ибо ведуны Воды уже беспардонно громили Старый Лагерь. Они не показывали своих лиц, но их морщинистые руки огромной тучей нависли над некогда мощнейшим пристанищем злополучного Барьера.
В поселении бушевали водные големы, подминавшие под себя пылких надзирателей, призраков, стражников и прочих красных самодовольных ублюдков. Им подспосабливали наёмники, умело орудуя мечами и арбалетами, болты которых проделывали в черепах лишние глазницы. Воры Нового Лагеря зачищали баронские сокровищницы, пока красные угодья пылали в сумятице паники.
Как и ожидалось, Рэйван с Гомезом исчезли, как только Райзен с Мадом пересекли жизни двух бароновских шестёрок. Ни следа, ни пылинки с их плащей не осталось, и даже мощные поисковые заклятия колдунов Воды натыкались на пустоту, словно их никогда и не существовало… Хотя дерьмо хуже всего видно в дерьме…
… магия текла по улице, убивая нечестивых, да и честивых тоже. Сотник даже и не задумывался, что синие настолько мудры в колдовстве, что за считанные секунды разоплотили доселе неприступную твердь по меркам Барьера.
Но всё это было ерундой.
Смешно и забавно.
Райзен минул уже первые ворота выхода из кромешного ада, как на пути у него, будто из земли, вырос пиратский выкидыш Блэк. Он держал в руках абордажную саблю и одноручный меч, которые покачивались в его мозолистых ладонях.
- Блэк! Хвала Дьяволу Морскому и Земляному! – воскликнул Райзен. – Бежим! Синие скоро здесь камня на камне не оставят! Давай!
- Бред. Ксардас ещё не начал свои игры, - пират усмехнулся, а его бывший (если вообще) друг вздрогнул… игры.
- Какие игры?
- Неужели ты так глуп и слеп? К чертям ты Ксардасу не нужен.
- Что ты мелишь?! Давай проваливать отсюда, пока яйца не отрезали!
- Он хочет весь этот чёртов лагерь окунуть в пучину мглы и утопить в смерти, - будто не слыша слов рудокопа, иронично, даже саркастически заметил Блэк. – И ему, и синим противостояние красных поперёк горла. Потом они и Старую Шахту приберут к своим рукам, а потом Робаришко будет нам пятки лизать, чтобы мы поставляли ему руду. Ксардас ждёт этого, а ты… ну ты действительно неплох в махании железными палками, поэтому он тобой и воспользовался. Клин внутри самого лагеря. Неприметный, серый, да вострый!
- Ублюдок…
- Благодарю. Очень лестно. Думал, незаменим в иронии? Акстись! А впрочем, вздор… лучшая пища для смерти – сама смерть. Магия Ксардаса накушалась до отвала, - он рассмеялся. - В этом мире, как и в сотне других, есть лишь одна идея… съесть хороший кусок мяса и запить его хорошим вином. Старый Лагерь для нас с Ксардасом – мясо, шахта и будущее метание Робара – вино, а ты…ты Райзен, всего лишь вилка, нож и бокал.
… человек хрупок.
Очень хрупок.
… Основа Старого Лагеря затряслась, фундамент пошатнулся, стереотипы издохли. Земля пробудила в своих недрах голодного зверя, желающего жрать! Жрать! Жрать! Он рвался из-под земли, круша лачуги каторжников, баронские покои, арену!.. Всё! Подгребая под себя людей, визжащих, как падальщики при виде невыспавшегося маккориса! Небо залилось багряной кровью, а воздух сжался, наполняясь какой-то гарью…
Смерть.
С неба нескончаемым потоком хлынула кровь, а подземная тряска превратилась в исполинские взрывы. Из пучины хаоса вылазили демоны, которых так яро любил Ксардас. Они обнимали людей огнём, целуя могильным саваном подземного бытия…
Всё!
Паника, суета, сражения на улицах!.. это исчезло, испарилось! Люди дохли, как мухи от взрывов, демонов и едкого испарения, поднимающегося туманным маревом к небесам. Он убивал смрадом… тела гнили… горели! Таяли!
… они стонали…
Где-то далеко испугались синие… где-то далеко рыдали красные… где-то далеко Ксардас смаковал свободу своей некромантии, своего истинного естества… где-то далеко…
… а здесь напротив друг друга застыло два изваяния похожих на людей: пират Блэк и сотник Райзен… не бывшие… готовые пинать жизнь и целовать старушку.
- Блэк… передавай Ксардасу привет, - Райзен рванулся с места, подмяв под себя воздух. Клинок его меча просвистел во времени, рассекая мирское мироздание, но его отразила сабля пирата. Блэк качнулся в бок и в резком выпаде кинул вперёд одноручный меч, который его соперник отбил кривым взмахом.
Бывшие друзья кинулись друг на друга, выставив вперёд оружия, но в последний миг Райзен прыгнул вверх, полоснув по шее пирата, а тот наклонился, скользя по острию вражеского меча и, вспарывая плоть рудокопа…
… в этом мире, как и во множестве других, есть лишь одна идея – съесть хороший кусок мяса и запить его хорошим вином. Так вот, люди – это только вилки, ножи и бокалы для этой идеи…
… где-то далеко, где земля дышит ядовитыми испарениями, а небо плачет дождём из крови, упали два тела…
… Лучшая пищу для смерти – сама смерть. В этот день она наелась вдоволь, но это слабое утешение.
Старый Лагерь превратился в сгусток огненной мессы, похоронившей под собой не только баронов и присных, но и людей… именно людей.
Маги Воды, наёмники и воры Нового Лагеря праздновали громкую победу над бывшим оплотом всего Барьера. Ксардас же тем временем переворачивал пыльные страницы пыльного фолианта, когда рядом с ним мрачная фигура, пахнущая гниющей плоть, в дранных одеждах и с абордажной саблей и одноручным мечом на поясе, мыла полы его цитадели…

КОНЕЦ.