Мой мир ощущений. Весна.

Я живу уже немало, но и не много на земле. И постоянно испытываю целую гамму ощущений. В последний год эмоции в моей жизни имеют основополагающую роль. Если раньше, не задумываясь об ощущениях, я пыталась подавить их в себе или проигнорировать, то теперь я стала к ним прислушиваться, исследовать их. Если ты плывешь по реке своих чувств, трепетно стараясь разобрать, что шепчут они в глубине твоей души, если повинуешься мимолетным прихотям, жить становится легче! Я начала частично или полностью игнорировать глупые принципы, которые диктует нам общество, относительно того, что можно делать, а чего не следует. Когда избавляешься от предрассудков, какая свобода действий открывается для тебя! Вот так я, совершенно неожиданно, неуверенно двигаясь все выше по шаткой лестнице, приоткрыла новую дверь в длинном коридоре под названием жизнь…
Первые чувства, обычно, уже повествуют мне ненавязчиво о начале нового дня. Я осязаю шероховатую поверхность затвердевшей за ночь подушки от веса моей головы. Я пытаюсь аккуратно поерзать, чтоб не стряхнуть остатки сна и осторожно взрыхлить подушку, разворошить птичьи перья, слежавшиеся внутри нее в сплошной плоский комок. У меня есть и вторая подушка. Я сплю на двух одновременно, так мне удобней. И еще обнимаю во сне большую мягкую игрушку, пузатую, как таракан, серую мышь в красной бандане на шее. На утро мышь обычно спускается на пол вместе с частью одеяла. Так вот, моя вторая подушка, она, бесспорно, великолепна! Ей нет аналогов. Она идеальной формы, невероятно мягкая и никогда не сминается, как бы усердно я на ней ни спала. При этом, она легкая и упругая. Божественная подушка. Но моя радость пробуждения на ней не будет полной, если я приобрету еще одну такую же. Я уже не смогу ощутить ее прелесть, мне не с чем будет сравнить ее, если мой сон будут поддерживать два аналогичных стража… Потому я сплю на двух разных по природе, непохожих друг на друга подушках, словно борясь во сне за то, чтоб встретить рассвет на лучшей из них.
Когда я еще нежусь в постели, с моего раскладного кресла всегда падает на пол одеяло. Кончики пальцев начинают мерзнуть. Их немного покалывает, когда я иду в ванную, ступая босиком по холодному полу. В зеркале расплывается и щурится лохматое существо… Потом пространство плавно раскачивается под ритм воды. Когда начинает закипать чайник, мир приходит в себя.
Серая улица окутывает серым влажным весенним воздухом. Утром вдоль обледеневших троп, справа и слева горделиво возвышаются подтаявшие грязные горы, покрытые застывшей коркой, которая хрустнет, как свежая вафля, едва на него наступишь…
По утрам я, насильно разбуженная будильником, иду, словно накрытая прозрачным колпаком, давящим на макушку. В голове отчетливо стучит ритм музыки через наушники плеера. Пространство сужается и расширяется, растекается дорогой, цепляется за кристаллики серого вещества под ногами, затем заворачивает в узкий облупленный салон общественного транспорта. Холод сиденья дрожью растворяется по всему телу, я погружаюсь в полусон под мерное покачивание и удушливый запах бензина…
Когда я снова оказываюсь на улице, перед моими глазами предстает уже иной мир. Он заполнен солнечным светом, он ликует и переливается, зовет за собой. Небо высокое и чистое, легкие наполняет дурманящий воздух. Он, как чудотворный бальзам, через ноздри проникает в легкие, сползает по всем клеточкам до кончиков пальцев, разжигая во мне радость и необъятную жажду жизни… Тело становится очень легким, мне хочется взлететь, чтоб не пачкаться в грязных брызгах дороги, чтоб не ползти прыжкообразно, а смотреть только вверх, и подниматься все ближе и ближе к солнцу.
Я придирчиво изучаю поверхность земли, радостно время от времени натыкаясь взглядом на сухие кусочки асфальта. Он серый, сухой и немного пыльный, от чего выглядит бархатистым и немного теплым. Мне кажется, я способна разглядеть каждую соринку на его поверхности. Мне хочется поприветствовать его, приложить ладонь и сказать, наконец: «Здравствуй, дорогой!».
Весна пришла. Я вижу это в затравленных хмурых лицах, которые теперь чаще улыбаются. Я чувствую, как нетерпеливо перешептываются уродливые ветви деревьев, одиноко скрючившиеся в оледеневшей почве. Снега растворяются, опасно падая с крыш домов, в страхе убегая через решетки канализаций… до следующего года. Осталось ждать совсем не много! Уже скоро… Мы пережили эту зиму, мой друг, еще одну зиму.