Брызги горящих камней. Раздел I, часть XI

Утро следующего дня оказалось прохладным и сырым. Терелей всегда любил такую погоду. Вообще он любил любую погоду, кроме несносной жары и мороза. Но, видимо, никому не по вкусу чрезмерная жара и лютый мороз. Эльф встал не слишком рано, но почти все обитатели дома ещё крепко спят. Он вышел в сад чтобы немного размяться. Сырые растения истачают букеты запахов, земля благоухает, готовая родить жизнь, небо, затянутое серой пеленой, предупреждает о своей готовности брызнуть дождём в любой момент. Эльф в веоиколепном расположении духа осмотрелся по сторонам: перед домом неприкрытые следы вчерашнего безобразия - не прибранная ещё садовая мебель стоит в неживописном беспорядке на площадке, грязная посуда на столе, по которой рыскают ненасытные воробьи, мусор на площадке перед домом. Не симпатично. Терелей обошёл дом, окинул взглядом двор за домом, разыскивая подходящее место для своей разминки. Да что разглядываться-то. Он и так знает что и где тут имеется. Эльф много раз останавливался в доме старосты на ночлег во время своих частых путешествий, иногда задерживался на пару дней и помогал Юргену доводить его до ума. Дом старосты выстроен недалеко от дороги и отделён от неё только площадкой, на которой вчера веселился народ. По обе стороны дом окружён замечательным фруктовым садом, который в глубине переходит в такой же ухоженный огород. Прямо за домом, до самого конца участка расположен просторный двор, который заканчивается различными хозяйственными постройками. Там, в той дальней части участка, находятся конюшня, курятник, сарай для запасов кормов для животных, несколько вольеров для псов, нутрий и кроликов, в одном из которых сейчас находятся двое пленных гуманидов. Они о чём-то тихо переговариваются. Псы в соседних вольерах тоже не проявляют активности - большинство из них просто дремлют, растянувшись или свернувшись калачом на земле. Да и вообще из того целого зверинца сейчас доносится не слишком много шума. Всё это эльф и так прекрасно помнит, а разглядывается лишь для того, чтобы восстановить всю эту картину в своём сознании после многих лет отсутствия, связанного с его обучением. Эльф пошёл в ту часть сада, которая находтися под его окном и занялся своей гимнастикой прямо на холодной росной траве, среди цветущих вишен. Он сбросил с себя почти всю одежду, оставшись лишь в обтягивающих тело шёртах и поначалу ему было очень даже зябко. Он даже подумал о том, чтобы вообще прекратить этот никчемный, как будто, тренинг и пойти закутаться в одеяло. Но сила привычки поборола эти мысли. А через некоторое время он так разогрелся, что по его телу начали стекать капли пота. Первые упражнения вальяжные и неспешные, осторожно разбудили организм. Терелей медленно то вытягивался, то скручивался, выгибался в разные стороны, то замирал, регулируя дыхание и кровообращение. Постепенно движения набирали ритм и скорость. Эльф то опускался на землю и качался в траве, разминая свой позвоночник, то подтягивался на нижних, крепких ветках ближайшего дерева, застывая в воздухе в различных фигурах, то, стоя на ногах, выгибался в таких замысловатых фигурах, что даже трудно всё это описать подходящими словами. Скорость и сила его движений достигли своей кульминации - движения стали резкие, как острие ножа, быстрые, как полёт стрелы. Так эльф крутился и вертелся сразу во все стороны какое-то время, а затем стал снижать скорость и вот уже совсем вернулся к первоначальному ритму и первоначальным плавным движениям. Когда он закончил упражняться, упал, уставший на холодную траву, развалился в ней, широко раскинув руки и ноги. Устремил свой взгляд в небо, разговаривая с собою в мыслях, так, как это делают эльфы по утрам. Затем поднялся, полностью закончив процесс своей побудки. Вставая, глянул на окно своей комнаты. Там он увидел силуэт, наблюдавшей за ним Розалины. Это было в её стиле: зайти в его комнату под видом уборки, пока он разминался в саду, и смотреть на него. Это были её излюбленные минуты его пребывания в их доме, как она говорила. В этот раз эльф не послал ей улыбку в приветствии, лишь быстро опустил взгляд, накинул рубаху и пошёл в купальню. "Ты сама кузнец своего счастья" - подумал.

Через час с небольшим Терелей шёл по деревне, ведя осёдланного Баламута и в сопровождении Юргена и Дарида, который непременно хотел пообщаться с эльфом напоследок. Они весело переговаривались о том, о сём, вспоминали вчерашнюю вечеринку. Ещё раз припомнли некоторые смешные истории из общего прошлого, обсудили, кто и чем поможет родителям Сашика, чтобы побыстрее поставить ребёнка на ноги - всё-таки мальчишку теперь можно было считать в чём-то героем дня. Затем их мужская болтовня перекинулась на тему путешествия Терелея. Юрген и Дарид очень удивлялись тому что эльфийская королева отправила Терелея на самый крайний север в одиночку. Вообще-то ни они, ни Терелей и знать не знали того, что государство Ирсланда это ещё не крайний север, а настоящий крайний север находится значительно севернее. Тем не менее, мужчины выражали своё искреннее сочувствие эльфу и делились теми немногими сведениями о далёком северном государстве, которые имели. Эльф волей-неволей призадумался о том, что его путешествие на самом деле может оказаться совсем не таким привлекательным, как он себе его рисовал в воображении. Но Терелей старался думать о том, что он-то как-никак эльф и что многое из того, что людям кажется непреодолимым препятствием, для эльфа оказывается детским развлечением. В любом случае, тормозить в самом начале пути, хоть даже мысленно и не долго, не в характере возвышенной эльфийской души. Терелей чувствовал непоколебимую увернность в себе, что рождало в его сердце, греющее душу, самоуважение. Так они ушли довольно далеко за деревню по дороге, ведущей в порт Арго. Наконец они приостановились и пожали на прощанье друг другу руки. Не торопясь эльф сел в седло и пустил Баламута трусцой, удаляясь на северо-восток к порту Арго. Дарид и Юрген какое-то время стояли молча и смотрели ему в след. Дарид думал о том, что теперь он знает, чего хочет. Он хочет втереться к эльфам в доверие, чтобы научиться у них, хоть чуть-чуть, военным искусствам, философии и ещё чему-нибудь, о чем, Дарид знал, сейчас он и понятия не имеет. Как втереться к эльфам в доверие - не известно, но это в данный момент не так важно. Жизнь подскажет со временем. Важно, что у него теперь есть цель, достойная приложения всяческих усилий. А когда он приблизиться к своей цели, думал юноша, жизнь распахнёт перед ним свои просторы.

Юрген смотрел вслед эльфу и думал о том, что счастлив человек, имеющий приятелей таких, как Терелей. Эльф, занимая неизмеримо более высокий общественный статус, был приятен в обхождении, всегда помогал, если мог, людям в разнообразнейших ситуациях, делился тем, что имел без последующих претензий на возмещение. Терелей молод, надёжен и силён. И сейчас королева доверила ему какое-то задание. "Значит, заслужил. Значит, задание имеет немалую важность для неё. - думал староста. - Хорошо, что люди идут по жизни рука об руку с такими славными парнями."