Брызги горящих камней. Раздел I, часть IX

Пара гуманидов послушно волочилась за своими надзирателями, изредка перебрасываясь маловразумительными фразами. Что эльфу, что человеку это было вполне знакомо. Гуманидов было везде более чем достаточно. Они довольно часто совершали набеги на жильё и другие объекты представителей цивилизованных расс. Так что иметь с ними дело приходилось каждому. Амбиции гуманидов были невелики: украсть еду, одежду, другие полезные вещи. Иногда они селились в заброшенный зданиях и жили там до тех пор, пока их оттуда не турнут. В сельской местности гуманиды вечно воровали овощи и фрукты прямо с полей, или домашнюю птицу. Но всё-таки как-то не выходило признать гуманидов за существа уровня домашнего скота, например.

Как бы там ни было, гуманиды умели говорить, а значит и думать. Они могли пересказывать события вполне достоверно, они многое умели делать, жили какими-то своими общинами, питались той же пищей, что и другие рассы, носили одежду, ходили на двух конечностях. А главное - они были религиозны. Никто не пытался разобраться, во что они верили, однако все знали, что гуманиды очень религиозны. В то же время бесцельность и неорганизованность их существования, грязь, в которой они постоянно пребывали, совершенно звероподобное проявление эмоций, абсолютное превосходство инстинкта над разумом и неспособность эфективно воспринимать любую науку не позволяли видеть в них существа разумные.

Одним словом цивилизованные сообщества всячески отгораживались от гуманидов и проявляли к ним враждебную нетерпимость. Но, не смотря на их полную никчемность, общество имело от них иногда огромную пользу. Нарушителей принятого в обществе порядка брали в неволю и заствляли выполнять разнообразнейшие тяжёлые и грязные работы. Некоторые народы и вовсе строили своё благополучие на постоянном использовании рабского труда гуманидов.

Терелей и Дарид подвели свою добычу к дому старосты, встречая добродушное одобрение обитателей деревни. Справедливость была восстановлена. Обидчики односельчанина, неважно что ребёнка, найдены и понесут соответствующее наказание. Парни оказались шустрыми и предприимчивыми в поимке правонарушителей. Староста принял трофей под свою опеку с нескрываемой радостью. Он разместил эти два несчастных существа в освобождённый собачий вольер, надев им, однако, на шеи металические оешйники и привязав их цепями к ограждению вольера, а вольер приказал накрыть парусиновым полотном для защиты пленников от непогоды. Староста так же распорядился накормить их досыта и вымыть, чтоб не воняли, а одному из своих сыновей приказал сделать обоим гуманидам татуировки на щеках, которые станут несмываемым свидетельством неволи в эльфийских владениях.

Соседи от души посмеялись над проявленной Юргеном почти родительской опекой в отношении вонючих гуманидов. Никто не знал, что Юрген уже давно вынашивает некий план и что для его осуществления гуманиды появились как нельзя кстати. План этот состоял в том, чтобы соорудить в деревне настоящую канализационную сеть, как во многих больших городах. Таким сооружением можно заниматься только в тёплое время года, а кто же из односельчан станет заниматься этим во время интенсивных сельскохозяйственных работ? Кто из односельчан вообще стал бы этим заниматься? А тут эти двое - прямо подарок! Ещё пару или две таких особей прикупить в порту, а тогда можно рассчитывать достичь своей цели ещё до наступления холодов. Придётся только поднажать на односельчан, чтоб выложили по пару монет на это дело. Мало кто из них вообще знаком с жизнью в городе, а в большом и благоустроенном - таких по пальцам можно пересчитать. Придётся хитрить, юлить и приукрашать. Но у Юргена есть цель и он её достигнет, как чаще всего и случается.

Дарид попрощался и пошёл домой, к тётке. Терелей в старостиной купальне вымылся прохладной водой. Жена старосты ещё утром разогрела воду в надежде на скорое возвращение охотников. Терелей не стал дожидаться, пока воду подогреют снова, а забрался в почти прохладную. она приятно остудила и сняла напряжение с мышц, очистила и успокоила. Эльф раскис и почувствовал, насколько он утомился без сна в течение уже больше суток. Раствориться в упоительных чарах Морфея - это единственная потребность о которой размечтался эльф, ничего больше он не хочет. Замотанный в огромное полотенце он пошаркал на верхний этаж в отведённый ему покой. Сон начал обволакивать его уже на ходу. По его длинным, мокрым, ясным, цвета едва созревшей пшеницы, волосам стекают капельки воды. Вода блестящими дорожками бежит по его нагой спине и ныряет в полотенце. Неприкрытая полотенцем верхняя часть тела выглядит как изысканная статуя, созданная талантливым скульптором. Светлая, с лёгкой смуглинкой, гладкая кожа обтягивает отлично натренированные мышцы. Эльф, щуплый, гибкий, в полотенце и шлёпанцах выглядит прекрасно и по домашнему уютно. Хозяйка дома пристально наблюдала за ним, вышедшим из купальни и поднимающимся по лестнице на верхний этаж. Она налила чай, заваренный на травах и ягодах, в чашку и последовала за ним. На ходу тарахтела:

- Я вот, Терелей, чаёчку тебе приготовила. Ты спать будешь до вечера или до утра? Может какие распоряжения сделаешь? Что на ужин хочешь?

- Благодарю, Розалина. Ничего не надо. Вечером проснусь к ужину. Если всё же не встану, разбуди меня, пожалуйста. Знаешь, Розалина, я обажаю, как ты готовишь. Было бы совершенно глупо упустить случай. И мне надо будет отправить кого-то к моей сестре. Надо чтобы сестрица проследила за выздоровлением Сашика. Жалко мальчишку. Но еслибы не он, наши непрошенные гости ещё долго тут мутили бы со своими рыбалками и охотами. - Терелей говорил, глядя на Розалину с мягкой улыбкой.

- А супруг то мой как обрадовался, увидев две пары рабочих рук, а! Что-то замышляет, я это носом чую. - поддержала разговор Розалина и улыбнулась в ответ.

- Ага, правилно носом чуешь, - усмехнулся эльф, - он канализацию придумал построить. Похвастался, как только увидел этих двоих.

Эльф сел на приготовленную для него кровать со свежей постелью, принял у Розалины чай и попросил присесть рядом.

- А помнишь, Розалина, как вы с девчонками на это озеро купаться ходили, а мы за вами там охотились?

- Ой, противный! Как же вы, остроухие, нас донимали! - со смехом поддалась воспоминаниям жена старосты.

- Ну, ведь было замечательно! Вы плескались, мы незаметно крали вашу одежду, а потом из кустов подсматривали, как вы её собираете. Ну, согласись - было чудесно!

- Особенно то, как незаметно вы забирали нашу одежду! Ага, а мы потом так же незаметно и как можно дольше её собирали.

- А-ха-ха! Ой, девчонки, люблю же я вас! - Озорно засмеялся эльф.

- Ладно, ложись спать эльф, не то начнёшь болтать чепуху.

Розалина встала со вздохом. Провела взглядом по фигуре эльфа сверху вниз и обратно. Эльф рассматривал её лицо, уже слегка разрисованное неглубокими морщинами, со слегка выцветшими глазами, с подкрашенными губами, в обрамлении седеющих волос. Розалина нежно, шершавою рукой, провела по его щеке, шее, задержала ладонь на его мускулистом плече, слегка стиснула его, прищурила хитро глаза и улыбнулась. Произнесла, качая головой:

- О-хо-хо-о-о...

Развернулась, вышла и прикрыла за собой дверь.

Терелей хотел было удержать её за руку, пока рука ещё лежала на плече. Когда она развернулась, чтобы уйти, эльф дёрнулся, чтобы встать следом и удержать её, когда закрылась дверь, он чуть было не крикнул, что хочет ещё чаю и просит её принести новую порцию. "Дурак, что я молчу!" - была первая мысль, кагда он услышал её отходящие шаги. "Дурак, дурак! Я в доме, который построил её муж для неё! Я в доме, в котором она вырастила своих детей. И эти дити не мои! Дурак, дурак! Я здесь в гостях у милых и гостеприимных людей! Мы не виделись десять лет! Дурак! Я не должен здесь гадить!" У Терелея пересохло в горле от бури эмоций.